Телязиоз крупного рогатого скота в Северном Зауралье

телязиоза, тогда как у более взрослых животных экстенсивность инвазии значительно ниже: у молодняка от 1 года до 2-х лет – 13,75%, животных от 2 до 3-х лет – 4,17% и старше 3-х лет – 2,66%.

Установлено, что число животных до одного года инвазированных телязиями превышает количество животных больных телязиозом из других возрастных групп в более чем 3 раза. По нашему мнению одной из причин этого можно считать выбраковку животных вследствие потери зрения и товарных качеств в результате переболевания телязиозом.

При этом установлено видовое соотношение телязий паразитирующих у животных разных возрастов. Так, молодняк на 89,66% инвазирован Th. gulosa при ИИ – 2,17 особей, и всего на 10,34% Th. skrjabini при ИИ – 3,00 особей. Животные в возрасте от одного года до двух лет инвазированы Th. gulosa на 66,77%, при ИИ – 1,75 особей, а Th. skrjabini на 33,33% при ИИ – 2,33 особей. Крупный рогатый скот от 2 до 3 лет заражен Th. gulosa в 45,16% случаев при ИИ – 2,80 особей. На долю Th. skrjabini приходится – 54,84% при ИИ – 4,25 особей. Взрослые животные (в основном дойные коровы) старше трех лет наиболее подвержены инвазированию Th. skrjabini – 76,47% при ИИ – 6,50 особей, а Th. gulosa заражает лишь 23,53% взрослого поголовья при ИИ – 4,00 экз.

Из таблицы 10 видно, что интенсивность инвазии вызванной с возрастом увеличивается. Показатель инвазирования Th. gulosa с 2,23 до 5,67 особей, а Th. skrjabini 3,00 до 6,50 особей на одно инвазированное животное.

В результате проведенных исследований установлено, что при увеличении возраста животных снижается их инвазированность, а также изменяется соотношение паразитирующих телязий. У молодняка доминирует Th. gulosa, а у взрослых животных Th. skrjabini . Такую разницу можно объяснить отсутствием у взрослых животных иммунитета к Th. skrjabini , как наиболее редко встречающемуся виду в нашем регионе.

Анализируя данные, по инвазированию различных возрастных групп животных мы пришли к выводу, о том, что на экстенсивность инвазии телязиозом оказывают влияние возрастная реактивность и технологические решения в содержании животных. В связи с этим мы проанализировали заболеваемость животных телязиозов в зависимости от технологий содержания.

В последнее десятилетие в Северном Зауралье технологии содержания крупного рогатого скота изменились. Так, все чаще при содержании лактирующих коров стали использовать круглогодовую стойловую систему содержания с предоставлением животным пассивного, реже активного моциона (на выгульных площадках ферм или на специально подготовленных близкорасположенных маршрутах).

Телята до года и скот в возрасте от года до двух лет (откормочный и ремонтный молодняк) в основном содержатся с применением комбинированной системы содержания, то есть зимой в помещении, а летом выпасаются на пастбищах, часто на отдаленных. Животные в возрасте от двух до трех лет, чаще всего это нетели или первотелки, которые в основном содержатся стойлово с пассивным моционом. При постановке диагноза мы учитывали технологию содержания крупного рогатого скота (таблица 11).

Установлено, что применение той или иной технологии содержания животных имеет большое значение в заболеваемости телязиозом. Так, круглогодичное применение стойловой системы содержания с пассивным моционом на выгульных площадках минимизирует заболеваемость телязиозом у взрослых животных (ЭИ – 0,20-0,26%), но не обеспечивает благополучия у молодняка до одного года, заболеваемость которого за период исследования составила 15,65% (рисунок 31). Применение других систем содержания, предусматривающих активный моцион либо выпас, предрасполагает к контакту с зоофильными мухами и заболеваемости телязиозом. Так, выпас животных в возрасте от года до трех лет приводит к инвазированию их телязиозом на уровне 8,20-10,53%. Среди взрослых животных наивысший уровень инвазированности отмечен у скота, выпасающегося на пастбищах (4,44%), а также в группах животных, где используют активный моцион (3,57%).

Таблица 11 –Инвазированность телязиями при различных технологиях содержания крупного рогатого скота в Северном Зауралье (2002-2016 г.г.)