снижается в период максимальной активности лизоцима (через 3 месяца после вакцинации), но остается достаточно высоким.
Динамика В-лизина имеет другую тенденцию. Через 45 дней после вакцинации в среднем активность В-лизина возрастает на 25%, а к 90-дневному периоду снижается до исходной величины. В дальнейшем отмечается вновь повышение уровня этого показателя. У животных с сильным иммунным ответом динамика активности В-лизина полностью повторяет средние показатели. У телок со слабым иммунным ответом изменение этого показателя в первые 45 дней после вакцинации незначительны и находятся в пределах индивидуальных колебаний. В последующем, до 90 дней, происходит резкий спад уровня В-лизина (почтив 1,5 раза), а в дальнейшем происходит его рост до уровня, который имел место через 45 дней после вакцинации. Интересно отметить, что вариабильность этого признака значительно ниже, чем лизоцимной активности, и наиболее низкая вариабильность имеет место в уровне активности В-лизина через 6 месяцев после вакцинации.
Бактерицидная активность сыворотки крови подвергалась в течение опыта более закономерным изменениям. В первые 45 дней после вакцинации, т.е. в период активного специфического иммунного ответа бактерицидная активность снижается незначительно. Но уже через 90 дней после вакцинации уровень БАСК почти в 2 раза ниже первоначального. Через 6 месяцев этот показатель несколько повышается, но остается достоверно ниже первоначального уровня. Существенных различий в динамике бактерицидной активности сыворотки крови между группами не имеется. У этого показателя самый низкий уровень вариабильности.
Как указывалось выше, опыты по вакцинации телок начинались в апреле-мае и последнее взятие крови для определения факторов естественной резистентности проводился в октябре. Как известно по литературным данным, сезонные изменения в летнеосенний период сопровождаются увеличением общей резистентности организма животного. Не могли, в данном случае, влиять и возрастные изменения, т.к. в период с 4-6 до 10-12 месяцев факторы естественной резистентности у животных не снижаются. К сожалению мы не смогли создать контрольную группу, которая
не подвергалась вакцинации. Однако изучение литературных данных свидетельствует о том, что динамика изменений, выявленных в наших опытах является результатом вакцинации, а различие между группами показывает разницу в естественной резистентности животных с сильным и слабым иммунным ответом.
В итоге следует сказать, что результаты исследования свидетельствуют о независимой регуляции специфического иммунитета и естественной резистентности. Однако у животных со слабым специфическим иммунным ответом лизоцимная активность сыворотки крови повышается быстрее и значительнее, чем у животных с сильным иммунным ответом, что может служить определенной компенсацией в защите организма от болезнетворного агента.
Для определения связи уровня факторов естественной резистентности животных с их генотипическими особенностями по полиморфным белковым системам, эритроцитарным антигенам и аллелям В-системы групп крови были взяты данные по лизоциму через 90 дней, В-лизину и БАСК - через 45 дней после вакцинации, т.е. в период максимального уровня этих факторов в сыворотке крови, что позволяло нам уловить различие между отдельными группами подопытных животных.
В таблице 20 представлены материалы по уровню факторов естественной резистентности с наиболее значимыми эритроцитарными антигенами. Значимость их определялась или встречаемостью у подопытных животных, или установленными связями со специфическим иммунным ответом.
Первое впечатление от сравнения данной таблицы с таблицой 17 заключается в том, что нет никакой связи между антигенами, маркирующими высокий или низкий иммунный ответ и высокий или низкий уровень факторов естественной резистентности. Однако это первое впечатление несколько ошибочно.
Уровень БАСК наиболее высок у животных носителей антигенов С’, Х, УиГ. Антиген С’ является плюс-антигеном по силе специфического иммунного ответа в обоих опытах, антигены V, Хи Г. не упомянуты нами как антигены-маркеры, т.к. в двух опытах они проявили противоположное значение по связи со специфическим иммунным ответом, однако во втором опыте связь ан-
тигенов Уи Х с сильным иммунным ответом была высокодосто. верна (табл.17 ). Антиген Г, как будет указано выше, является од. ним из основных генетических маркеров устойчивости скота к бруцеллезу. Животные-носители антигена М имеют также до. вольно высокий уровень БАСКи этот антиген также во втором опыте связан с высоким специфическим иммунным ответом. Са. мый низкий уровень БАСК у носителей антигена $, о котором можно сказать, что в первом опыте он проявил себя как нейтральный, а во втором опыте с высокой достоверностью был связан со слабым иммунным ответом.
| Таблица 20. Уровень нированных телок | факторов - носителей генов | естественной определенных | резистентности у вакци- эритроцитарных анти- |
|---|---|---|---|
| B | |||
| e i | |||
| o к | ЕЕЕЕЕЕЕЕ О: ВИ | ПОРУ | ОИПОНЕС ОНИ |
| x | |||
| У | 64 | ||
| L | |||
| $ | |||
| U | ШЕЕ | = | |
| ju" | |||
| и | ПОТЕ НИ | ПО | УЗИПОЗОВИ |
Уровень В-лизина самый высокий у животных-носителей антигенов С’, Ми U”, а самый низкий у носителей антигенов Х и Г. Таким образом, сюда попали те же антигены, что и при анализе данных по бактерицидной активности, за исключением антигена U”. Это трудно объяснить, тем более, что часть плюс-антигенов попали в группы с высоким уровнем В-лизина, часть наоборот. Носители антигена U” имели средний уровень BACK, а по связи со специфическим иммунным ответом о них ничего нельзя сказать. По-видимому, необходимы дополнительные исследования
