Эти опыты показывают, что при низком качестве основного рациона (сено злаковых культур) содержание протеина ограничивало производство молока . Добавление протеиновых кормов значительно увеличивало удой по сравнению с добавлением энергетического корма в сопоставимом количестве. Однако при высоком качестве основного рациона дополнительный протеин не влиял на удой, что указывает на уже достаточное содержание протеина в пастбищном корме. В этом случае менее дорогое зерно злаков является более экономичным дополнением к рациону коров на пастбище.
Протеиновые шроты в сравнении с зерном злаков
Результаты опытов, в которых сравнивали эффект дополнительного кормления зерном злаков и шротами масличных культур, обобщены в таблице 20.
В трёх опытах сравнивали эффект кормления ячменём или хлопковым шротом коров, пасшихся на пастбищах умеренного климата.
Ernst и Rogers (1982) установили, что у коров в начале лактации при ограниченном доступе к пастбищному корму кормление хлопковым шротом вместо ячменя значительно повышало удой, а также выход молочного жира и белка. Это увеличение объяснялось более высоким потреблением пастбищного корма (примерно на 2 kg/day) коровами, получавшими хлопковый шрот, вследствие меньшего эффекта замещения.
Shambrook (1983) провёл аналогичный опыт с хлопковым шротом и ячменём у коров в середине лактации и не обнаружил значимых различий в удое, выходе молочного жира или белка, содержании жира в молоке, изменении живой массы или оценке упитанности. Однако у животных, получавших ячмень, содержание белка в молоке было значительно выше. Возможная причина заключается в том, что более высокое содержание энергии в ячмене могло способствовать более интенсивному росту микрофлоры рубца, увеличивая поступление микробного белка в организм коровы. Как и в опыте Ernst и Rogers (1982), коровы, получавшие хлопковый шрот, потребляли больше DM, чем получавшие ячмень. Они съедали дополнительно порядка 0.9 kg пастбищного корма в день, что вновь указывало на более низкий коэффициент замещения при кормлении хлопковым шротом. Однако это не привело к дополнительному эффекту из-за более низкой переваримости и содержания обменной энергии в CSM.
Paynter и Rogers (1982) кормили коров в стойлах одним пастбищным кормом либо добавляли к нему изоэнергетические количества ячменя или хлопкового шрота, предлагая корм вволю или в количестве 60% от потребления при кормлении вволю. Как и в предыдущих опытах, они отметили более высокое потребление DM при кормлении хлопковым шротом и рассчитали коэффициенты замещения: 0.64 для ячменя и 0.39 для хлопкового шрота. Обе добавки повышали удой по сравнению с кормлением одним пастбищным кормом, но их эффекты значимо не различались. Однако ячмень снижал содержание жира в молоке и увеличивал прирост живой массы.
Hodge и Rogers (1984) провели опыты с коровами в начале и середине лактации, чтобы сравнить эффект дополнительного кормления овсом (4.4 kg/day), смесью цельных соевых бобов и кукурузной муки (4 kg/day) и смесью хлопкового и соевого шротов (4 kg/day). Основной рацион коров в начале лактации составлял пастбищный корм вволю, а коровы в середине лактации получали ограниченное количество пастбищного корма и силоса, покрывавшее 70% их потребности в обменной энергии.
В обоих опытах кормление протеиновыми добавками значительно повышало удой и выход молочного белка по сравнению с кормлением дроблёным овсом. Смесь соевых бобов и кукурузной муки снижала содержание жира в молоке. Авторы заключили, что и в этом случае полученные эффекты, вероятно, были обусловлены повышенным потреблением DM при использовании протеиновых добавок, а не содержанием в них протеина. Дополнительное кормление протеином в начале лактации не давало остаточного эффекта после его прекращения.
В опыте,
описанном Rogers и Moate (1981), коровы в середине лактации, пасшиеся на высококачественном пастбище, получали изоэнергетические количества овса или смеси соевого и подсолнечного шротов. Удои при использовании этих двух добавок были сходными, что указывало на достаточное содержание протеина в пастбищном корме и на то, что его избыток, скорее всего, выводился с мочой.
В трёх последовательных опытах, проводившихся с весны до осени, Stockdale (1999c) обнаружил, что включение люпина в состав добавки повышало удой. Напротив, в летнем опыте Wales и др. (2000a) установили, что включение протеиновой добавки в концентрат не увеличивало удой. Они сравнили три гранулированные добавки: ячмень с пшеницей, ячмень с пшеницей и рапсовым шротом, а также ячмень с пшеницей и хлопковым шротом. Варианты кормления не оказывали значимого влияния на производство молока (21.8 kg/корову/день), концентрацию молочного жира (34.1 g/kg) или молочного белка (29.8 g/kg). Согласно расчётам, содержание доступного для усвоения протеина в рационе коров, получавших гранулы из ячменя и пшеницы, было достаточным для производства не менее 22 kg молока/корову/день и не ограничивало производство молока. По оценке авторов, в большинстве случаев при содержании сырого протеина в зерне злаков выше 90 g/kg DM эффект от дополнительного кормления протеином маловероятен. Исключением может быть кормление овсом или зерном риса: в обоих кормах содержание сырого протеина может быть ниже 90 g/kg DM. Очевидно, этот вывод зависит от содержания протеина в пастбищном корме и доли зерна в рационе.
Для оценки эффекта дополнительного кормления протеином также был проведён ряд опытов на тропических пастбищах. Kaiser и др. (1982) изучали влияние протеиновых добавок на коров в начале лактации, получавших большие количества зерна. Результаты показали, что при кормлении 8.1 kg пшеницы и сои, по сравнению с кормлением одной пшеницей, дополнительный эффект составил 0.36 kg молока/kg протеиновой добавки. Это указывает на то, что дополнительное кормление протеином может давать эффект у пасущихся коров в начале лактации, получающих большие количества зерна.
Kaiser и Ashwood (1981) сообщили о влиянии двух уровней энергетического питания на эффект от дополнительного кормления протеином крупного рогатого скота на тропических пастбищах. При низком потреблении зерна злаков (7.59 g DM/kg живой массы) добавление соевого шрота не оказывало значимого влияния на производство молока у пасущихся коров. Однако при высоком уровне потребления (17.5 g DM/kg живой массы) дополнительное кормление соей значительно повышало удой, выход молочного жира и белка, а также содержание жира в молоке. Включение протеина не оказывало значимого влияния на изменение живой массы или оценки упитанности, а также на содержание белка в молоке. При разных количествах сои среднее увеличение производства молока за первые 100 дней лактации составляло 2.1 литра в день. Остаточного эффекта кормления протеином не наблюдалось.
Эти результаты подтверждают, что энергия является главным фактором, ограничивающим производство молока на тропических пастбищах. Однако при высоком потреблении энергии протеиновые добавки могут повышать продуктивность.
Royal и Jeffery (1972) давали коровам разное количество концентрата, содержащего дроблёную кукурузу, соевый шрот или их смесь (таблица 21). Они обнаружили значимую линейную зависимость между производством молока и количеством DM, скармливаемого в виде добавки, и заключили, что эффект был обусловлен повышенным потреблением энергии, а протеиновые добавки служили её источником.
Davison и др. (1991a) также подтвердили, что потребление обменной энергии является основным фактором, ограничивающим производство молока на тропических пастбищах. Они скармливали сочетания кукурузы и мясокостной муки при трёх уровнях дачи концентрата и двух уровнях протеина (таблица 21). Хотя удой линейно зависел от количества скармливаемого концентрата, кормление мясокостной мукой не оказывало значимого влияния. Однако коровы, получавшие мясо-
костную муку, имели тенденцию терять меньше массы за дни 1–100 и больше прибавлять в массе за всю лактацию.
Hamilton и др. (1992) дополнительно кормили коров, пасшихся на пастбище с травой кикуйю, ячменём и подсолнечным шротом и не обнаружили пользы от дополнительного протеина в рационе. Они предположили, что при содержании сырого протеина в основном пастбищном корме более 153 g/kg добавление в рацион расщепляемого протеина не приносит пользы, но дополнительный нерасщепляемый в рубце протеин корма может повысить продуктивность.
Davison и др. (1990) изучали влияние типа пастбища, служившего основой рациона, на реакцию на белковую добавку. Они скармливали мясокостную муку как на пастбищах с тропическими злаками, удобренными азотом, так и на пастбищах с тропическими злаками и бобовыми. Хотя сейчас скармливание мясокостной муки запрещено, результаты эксперимента по-прежнему важны, поскольку демонстрируют действие белков с низкой расщепляемостью в рубце. Результаты показали значительное линейное увеличение удоя молока с поправкой на жирность при увеличении количества мясокостной муки на пастбищах со злаками, удобренными азотом. Напротив, у животных, пасшихся на злаково-бобовых пастбищах, мясокостная мука не оказала значимого влияния на продуктивность.
Авторы пришли к выводу, что белки тропических злаков, удобренных азотом, обладают высокой растворимостью, быстро расщепляются в рубце и теряются в виде аммиака. Это вызывает дефицит белка в начале лактации, который восполняется мясокостной мукой, поскольку она расщепляется медленнее. Однако белок злаково-бобовых пастбищ менее растворим, поэтому большая его доля доступна животным.
Мосс и соавт. (1992) также изучали влияние типа пастбища, служившего основой рациона, сравнивая реакцию на различные уровни белка при выпасе на пастбищах с тропической родосской травой и орошаемых пастбищах с райграсом. Они скармливали изоэнергетические добавки из хлопкового шрота и зерна злаковых (6 kg/day) с содержанием белка от 10–20%. На пастбище с райграсом (25–30% сырого протеина) реакции на белковую добавку не наблюдалось. На пастбище с родосской травой, где коровы выбирали корм с содержанием CP 13%, реакция наблюдалась при уровнях белка 16 и 20% и была наиболее выраженной в начале лактации.
В этой серии экспериментов добавление шротов масличных культур давало более выраженную реакцию на белок, чем скармливание зерна злаковых, в трёх случаях:
-
В начале лактации
-
При низком качестве основного рациона
-
При скармливании большого количества зерна злаковых.
Эти эксперименты подтвердили, что, когда продуктивность ограничена поступлением энергии, белковая добавка даёт лишь небольшую дополнительную прибавку. Однако при более высоком потреблении энергии продуктивность может ограничиваться белком, и тогда белковые шроты дают хороший эффект. Ряд опытов показал более низкий коэффициент замещения при скармливании белковых шротов. Это объясняется тем, что белковые шроты расщепляются в рубце медленнее, чем зерно злаковых. Дополнительное потребление пастбищного корма приводит к увеличению удоя. После прекращения скармливания шротов масличных культур остаточного эффекта не наблюдалось.
Защита белка от расщепления в рубце
Молочным коровам необходим как расщепляемый в рубце, так и нерасщепляемый в рубце белок. В некоторых случаях количество расщепляемого в рубце белка может быть достаточным, но добавление нерасщеплённого пищевого белка способно повысить продуктивность. Значительное увеличение производства молока
