почвы, чем кормовой базы. Во многих регионах страны высокая распаханность земель определила стойловое содержание молочного скота, что явилось следствием снижения эффективности.
На современном этапе развития кормопроизводства определен набор кормовых культур, адаптированных к природным условиям и способам использования, разработаны технологии создания искусственных и улучшения естественных кормовых угодий, внесения удобрений и т.д., но сохраняется автономность в решении вопросов кормопроизводства и кормления сельскохозяйственных животных. Растениеводы продолжают поиск приемов повышения урожайности, сбора протеина и других «важных» элементов питания, животноводы формируют структуру кормовой базы и рационов на основе желаемых кормовых культур и объектов их производства.
В условиях рыночных отношений, когда отсутствуют отраслевое планирование производства продукции, межотраслевая интеграция обуславливает необходимость поиска новых решений совершенствования кормовой базы.
Краткий исторический обзор развития кормопроизводства позволяет проследить динамичность роста продуктивности кормовой базы, специализации систем кормопроизводства на выполнение конкретной задачи. Однако, большой научный материал, накопленный в процессе решения задач эффективного ведения сельского хозяйства, свидетельствует и о значительном потенциале, не использованном в процессе производства. Рациональное вовлечение его с помощью современных средств технического прогресса, позволит мобилизовать скрытые резервы и успешно решать вопросы производства и качества продукции при одновременном снижении материальных технических и сырьевых затрат.
Специализация отраслей растениеводства с учетом природных особенностей региона обуславливала ориентацию животноводческих отраслей и тип кормления. Региональная специализация производства позволяла более четко планировать структуру кормовой базы, выявлять общие закономерности, вскрывать резервы и управлять всей системой, делая ее более экономичной.
Исходя из сложившегося размещения отраслей растениеводства и основных культур, определяющих эффективность отрасли, на территории России были выделены зерносвекловичные, зерно-картофелеводческие, зерно-овоще-плодовые, зерновые и другие специализированные производства. Значительное количество побочной продукции промышленных предприятий (свекловичный жом, барда, различные виды жмыха, шрота и др.) являлись основой кормовой базы животноводства.
Развитие растениеводства в такой системе определяло в целом кормовую базу животноводства, ее объемы, структуру, динамику в сезонном и годовом цикле использования. То есть животноводство было вынуждено использовать то, что независимо от потребности отрасли уже было определено. Определяя эффективность производства лишь структурой видового состава кормов, животноводство, в лучшем случае, обеспечивало количественную продуктивность. Качество продукции, наиболее полная реализация потенциала животных, оптимальные условия для процесса метаболизма и другие важные факторы, определяющие успешное развитие отрасли, обосновывались исследованиями, проводившимися по рационам, не обеспеченным кормовой базой. Сложившаяся ситуация в межотраслевой интеграции не обеспечивает равных условий, т.е. животноводство остается на позиции второстепенной отрасли.
При организации кормовой базы одним из главных условий было и остается удовлетворение потребности животных в энергии, переваримом протеине, углеводах и других питательных веществах в нужном соотношении. Для решения этих вопросов зоотехнической наукой определялись потребность кормов по видам и желаемый химический состав рациона. Однако на всех этапах обеспечения этой потребности решение проблем сводилось растениеводами к абстрактному, валовому производству того или иного «ценного» корма или элемента. Увеличение производства кормового белка, как правило, предлагалось решить за счет бобовых культур или различных жмыхов, шротов. Но все используемые компоненты содержат не только белок, но и вещества с нежелаемым избытком в рационе. Увеличение в бобово-злаковом зеленом корме доли люцерны до уровня, погашающего дефицит протеина в рационе молочных коров, способствует избыточному потреблению животными кальция, калия, серы, железа. Причем количество их может превышать суточную норму потребления в 2-3 и более раз. Следовательно, отсутствие методик, определяющих нормы ботанического состава травосмеси, структуры кормов, эффект дефицита и избытка элементов питания не позволяет решать конкретные задачи улучшения кормовой базы.
Решение белковой проблемы в плане увеличения валового производства протеина без учета динамики его поступления и использования, без учета видового половозрастного породного разнообразия животных и параметров их продуктивности приводило к тому, что при достаточном количестве качественного корма отмечались крайне низкие показатели продуктивности, воспроизводства и качества продуктов животноводства.
На примере летнего кормления молочных коров, в условиях Средней Азии, при достаточном количестве люцернового корма и высоком потенциале молочной продуктивности коров, надой на одну корову за период лактации не превышал 2,5-3,0 тыс. кг. Выход телят на 100 коров - 70-80 голов. Основным фактором, определившим такое состояние, был протеиновый перекорм в летний период и дефицит его в зимний. Долгое время, несмотря на то, что избыток протеина и без того наносил большой вред, количество его в рационе рекомендовали увеличить за счет добавок хлопчатникового шрота. Ошибочность решения была обусловлена недостатком протеина в годовом балансе кормов, возникавшем в зимнее полугодие, когда основу рациона составляли кукурузный силос и корнеплоды. Решение этой проблемы осуществлялось изъятием из рациона штора, в том числе и из зимних рационов, где он был необходим, введения новых кормовых культур, совершенствования структуры посевных площадей и рационального распределения кормов в годовом цикле их использования [55,56,59,61].
В Татарстане на длительный период в общественном скотоводстве был внедрен силосно-концентратный тип кормления крупного рогатого скота. На долю силоса, сенажа и концентратов в годовом расходе кормов приходилось 62-65 %. Многолетняя практика показала, что силосно-концентратный тип кормления не обеспечивает устойчивой молочной продуктивности, а зачастую приводит к массовому нарушению обмена веществ. В результате чего во многих хозяйствах республики сроки эксплуатации коров не превышают 3-4-х лет, т.е. они выбраковываются до наступления максимальной молочной продуктивности. Увеличив долю сенажа в структуре кормового баланса только на 10% за счет сокращения силоса можно дополнительно произвести более полноценные корма [65].
Переход на сено-сенажный тип кормления в молочном скотоводстве позволил на 17-33% уменьшить расход зернофуража.
Динамика положительного решения вопросов кормопроизводства и кормления животных очевидна. Отрицать, однако, силосно-концентратный тип кормления и заменять его на сено-сенажный, оценивая их без глубокого биохимического анализа кормов и животноводческой продукции, не только малоэффективно, но возможно повторение эффекта протеинового перекорма, имевшего место в Средней Азии.
Избежать ошибок, обуславливающих минимальный или отрицательный эффект при использовании современных технологий, можно путем теоретических расчетов, основанных на требованиях физиологически обоснованных норм кормления сельскохозяйственных животных. Поэтому на современном этапе, когда межотраслевая интеграция не определяется сверху, а является объективной реальностью конкретного сельскохозяйственного подразделения, именно научные основы нормированного кормления животных должны стать основой для построения системы ведения сельского хозяйства, в которой совокупный доход отраслей обеспечивает эффективность производства конечной продукции.
В настоящее время накоплен большой научный материал в области интенсивного ведения растениеводства и животноводства. Но отсутствие связующего звена между этими отраслями не позволяет эффективно использовать огромный потенциал как в производстве продукции, так и формировании стратегических научных направлений. Неоспоримо доказано, что в тех отраслях научных знаний, где теоретическое обоснование вопроса предшествует практическому их решению, эффект достигается значительно быстрее и с меньшими затратами труда и средств. Научные дисциплины, такие как почвоведение, луговедение, семеноведение, металловедение и др. способствовали ускоренному и качественному развитию соответствующих отраслей. Кормопроизводство, не имея основы для точной, математически обоснованной теории, вынуждено затрачивает много времени и средств на доказательство аксиом.
Авторами настоящей работы предлагается новая научная дисциплина – кормоведение , позволяющая с математической точностью анализировать кормовое сырье, контролировать биохимический состав кормов и управлять процессом кормопроизводства в плане создания полноценной кормовой базы.
Формирование сбалансированной кормовой базы, отвечающей требованиям животноводства, позволит научно-обоснованно востребовать потенциал интенсивных технологий, и эффективно использовать скрытые резервы энергии кормов и продуктивности животных.
Большое внимание для обеспечения роста производительности и повышения качества кормов уделялось подбору кормовых культур. Однако, рекомендации по формированию кормовой базы сводились к общим понятиям, таким как «основными культурами для производства зеленых и грубых кормов (сена, сенажа, травяной муки, резки, а нередко и силоса) во всех зонах страны должны быть многолетние травы. Они значительно превосходят по продуктивности однолетние травы. Последние должны возделываться как культуры, дополняющие многолетние травы».
Не ясным оставался вопрос, какие многолетние и какие однолетние травы, в каком соотношении и виде должны использоваться в молочном, мясном скотоводстве, свиноводстве и других отраслях.
