морщинистых колоний светло-кремового цвета, а на среде Школьниковой - типичные «косы», состоящие из микобактерий БЦЖ.
В мазках обнаруживались скопления однородной зернистости, среди которых, выявлялись и отдельные микобактерий БЦЖ. При двух-трех последовательных пассажах на морских свинках получали чистую культуру БЦЖ. 16 культур при пересевах на плотных и жидких средах, а также при пяти последовательных пассажах на морских свинках оказались условно стабильными. Они давали рост подобных себе культур, состоящих из скоплений темных и. светлых шаровидных тел различной величины или же в виде различных типов зернистости, где микобактерий БЦЖ в бактериальной форме отсутствовали.
Эти культуры при дальнейших пересевах утратили рост. Принадлежность их к БЦЖ была доказана косвенным методом на основании вызванных ими в лимфоузлах у морских свинок специфических изменений, характерных для морфологических реакций при нормальном вакцинном процессе.
Из выделенных нами культур 6 оказались нестабильными вариантами Л-форм и при последовательных двух пассажах - одна культура, трех пассажах - 3, четырех пассажах - 2 культуры дали реверсию в бактериальные формы БЦЖ, что явилось прямым доказательством их принадлежности к микобактериям вакцинного штамма БЦЖ. Они росли на плотных питательных средах в виде сухих морщинистых выпуклых колоний светлокремового цвета. Колонии были нежными и росли менее интенсивно, чем обычная культура БЦЖ.
На жидких средах они росли в виде обрывков «кос». В мазках, окрашенных Циль-Нильсену, обнаруживались красные полиморфные зернистые палочки. Ниациновая проба дала у всех культур отрицательный результат, что подтверждает их принадлежность к микобактериям бычьего вида (БЦЖ). Все они оказались устойчивыми к циклосерину, что является одной из биологических особенностей вакцинного штамма БЦЖ, и чувствительными к стрептомицину и ПАСК.
В основе феномена Л трансформации лежит нарушение координации роста и размножения микробной клетки. Л-формы образуются при воздействии факторов, вызывающих дисфункцию их роста и размножения, разрушающих поверхностную структуру клеточной стенки, блокирующих отдельные - звенья ее синтеза и повреждающих глубоко локализованные элементы цитоплазматической мембраны или цитоплазмы, связанные с синтезом клеточной стенки. В специальной литературе имеется много данных об Л-трансформирующем воздействии противотуберкулезных препаратов - изониазина, рифамицина, циклосерина и других, а также некоторых антибиотиков. Наилучшие результаты получены при совместном воздействии пенициллина и дигидрострептомицина. Однако в вакцинированном организме животных Л-индуцирующим фактором является макроорганизм со всеми его защитными механизмами. Животные,
вакцинированные БЦЖ, антибиотиков не получали, тем не менее, через различные сроки после вакцинации получены Л-формы микобактерий вакцинного штамма БЦЖ, которые вызывали у лабораторных животных изменения, характерные для нормального вакцинного процесса. Л-формы БЦЖ, длительно персистируя в вакцинированном организме животных, на долгое время обусловливают его резистентность к туберкулезу.
Гистологические и биохимические изменения в организме вакцинированных телят. Наиболее достоверным критерием оценки напряженности противотуберкулезного иммунитета у привитых телят является устойчивость их к заражению в условиях постоянного контакта с больными животными. С этой целью телят через 2 мес. после вакцинации поместили в группу больных туберкулезом животных. Затем через 6 мес. совместного содержания их подвергли убою и провели тщательное исследование органов. Патоморфологические изменения в органах и тканях подопытных телят были в основном однотипны, поэтому считаем целесообразным привести их общее описание.
В лимфоузлах и селезенке животных, иммунизированных против туберкулеза, отмечены усиление лимфоидно-гиперпластической, макрофагальной и плазмоцитарной реакций, а также повышенный распад зрелых лимфоцитов. Реактивные центры фолликулов заглоточного, предлопаточного, средостенного и бронхиального лимфоузлов имели сравнительно крупные размеры и содержали значительное количество ретикулярных клеток бластов, единичные лимфоциты и макрофаги. В цитоплазме последних, как правило, обнаруживались обломки ядер распавшихся клеток. В большинстве фолликулов из-за расширения реактивных, центров ретикулярная строма оттеснена к периферии. Наряду с такими фолликулами встречались фолликулы с явлениями редукции. В последних отмечалось разреженное расположение клеток, причем некоторые из них имели угловатые формы и пенистую цитоплазму. В периферической зоне расширенных реактивных центров имелись компактные скопления зрелых лимфоцитов, среди которых многие были представлены в виде «голых ядер». Мякотные тяжи лимфоузла гиперплазированные, содержали в основном малые и средние лимфоциты, клетки плазмоцитарного ряда и единичные бласты. Эндотелиальные клетки посткапиллярных венул пролиферированы, ядра их просветленные, увеличенные в размерах, округлоовальной формы.
В стенках большинства артериол, венул и некоторых капилляров имелись признаки мукоидного набухания и увеличенное количество кислых мукополисахаридов в основном веществе соединительной ткани. При этом эндотелиальные клетки интимы пораженных сосудов были пикноморфны, нередко слущены. Однако не во всех сосудах даже одного и того же лимфоузла темпы развития и характер проявления вышеуказанных процессов были одинаковыми. В некоторых случаях мукоидное набухание стенки сосудов сменялось явлениями фибриоидного набухания с последующей
деструкцией и склеротическими изменениями. В лимфоаденоидной ткани мякотных тяжей встречались очаговые скопления эозинофилов. Лимфоидная ткань паракортикальной области регионарного лимфоузла подвергалась умеренному разрежению, некоторые синусы здесь находились в состоянии лимфоцитоза. У опытных животных, предварительно сенсибилизированных кислотоустойчивыми микобактериями вакцинного штамма, развитие лимфоцитоза происходило, по-видимому, за счет быстрого внедрения лимфоцитов в синусы. В тех синусах, где плотность лимфоцитов была равной или превосходила таковую в коре лимфоузла, макрофагов среди лимфоцитов обнаружить не удалось, но становилась невидимой и ретикулярная строма синусов. Однако в общем рисунке гистосреза лимфоузлов контуры последних, напротив, резко выделялись за счет необычной плотности скопившихся в них лимфоцитов, ограниченных ШИКположительными, импрегнируемыми серебром ретикулиновыми волокнами, среди которых иногда выявлялись эндотелиальные клетки синусов. Синусы с явлениями лимфоцитоза, как правило, были «закупорены» средними лимфоцитами. Число малых лимфоцитов в таких синусах было незначительным, они отличались от остальных клеток пикноморфностью ядер. Лимфоцитоз синусов сочетался со своеобразными очаговыми опустошениями нефолликулярной коры. Эти очаги нередко сливались в значительные поля и представляли собой неравномерную потерю лимфоцитов с обнажением ретикулярной стромы узла. Часто наблюдалась топографическая связь между синусами в состоянии лимфоцитоза и очагами опустошения, особенно в области перехода коркового слоя в мозговой.
Мякотные шнуры регионарного лимфоузла были утолщены за счет содержания большого количества пиронинофильных зрелых плазмоцитов. Выраженная пиронинофилия цитоплазмы отмечалась также в клетках расширенных реактивных центров фолликулов. Подкапсулярные синусы были неравномерно расширены, местами сдавлены гиперплазированной лимфоидной тканью. В просвете промежуточных синусов встречалось незначительное количество синусных макрофагов, малых и средних лимфоцитов и единичных плазмоцитов. В некоторых из них содержался белковый субстрат, представленный в виде неравномерно окрашенной, слегка базофильной массы, в которой обнаруживались фибробласты, наползающие сюда со стороны трабекул узла. В мозговых синусах отмечались большие скопления пролиферирующих ретикулярных клеток. Строма Мозгового слоя узла была огрубевшей, с явлениями склеротических изменений. Очень часто в мозговых синусах, в области ворот узла, наблюдался повышенный распад зрелых лимфоцитов. Эти синусы имели удлиненные или неправильные расплывчатые формы, интенсивно окрашивались красками, используемыми для окраски ядер, местами содержали однородную гиперхромную Фельген-положительную массу.
У вакцинированного молодняка, находившегося среди туберкулезного скота, наблюдались изменения в сосудах крупного и среднего диаметра. В
