Профилактика нарушений минеральной недостаточности у крупного рогатого скота

та и йода у сельскохозяйственных животных происходит повышение уровней белкового и аминокислотного обменов, улучшаются показатели неспецифической реактивности. Хелатные соединения микроэлементов излечивают бесплодие у коров, вызывают нормализацию функции щитовидной железы, улучшают качество молока.

Разнообразие почвенно-климатических условий в Бурятии оказывает свое влияние и на состав кормовых рационов. Для многих районов характерно пониженное содержание в кормах фосфора, каротина и микроэлементов йода и кобальта. В большинстве кормовых рационов крупного рогатого скота установлено недостаточное содержание йода (ниже 4 мг). Это приводит к заболеванию животных эндемическим зобом, уменьшению содержания йода в молоке. Увеличение йода в кормовом рационе до 6 мг (что обеспечивает суточную потребность животного 0,4 мг/кг сухого корма) приводит к положительному балансу микроэлемента. Интересно отметить, что один литр молока от таких коров содержит минимальную суточную норму йода для человека. Подкормка коров, больных эндемическим зобом, солями йода и кобальта дает наиболее активное увеличение содержания свободных аминокислот в крови животных, чем при подкормке одним йодом.

Улучшение качественного и количественного развития животноводства в эндемичных районах, достигнутого с помощью микроэлементов, будет благотворно отражаться на снижении заболеваемости населения эндемическим зобом. При низких содержаниях йода, кобальта и каротина в рационе животные испытывают дефицит этих элементов, что приводит к снижению синтеза тиреоидных гормонов и к нарушению общего метаболизма в организме животных. Главным источником йода, кобальта и каротина для животных являются рационы, поэтому в оптимизации содержания в них йода, кобальта и витаминов должен заключаться основной способ лечения и профилактики йодной недостаточности.

В результате обобщения имеющихся материалов мы приходим к выводу, что йод и кобальт физиологически активный и необходимый элемент для животных, оказывающий существенное воздействие на различные стороны их метаболизма и продуктивность. Наиболее вероятным процессом, в котором проявляется специфическая роль йода и кобальта у животных, является азотный обмен, так как йод входит в состав аминокислот и белков.

В условиях йодной недостаточности применение йода, кобаль-

та и витаминов в рационе животных в оптимальных дозах оказывает не только положительное действие на продуктивность, но и повышение содержания микроэлементов в продуктах животноводства. Этим будет улучшено обеспечение потребностей человека в йоде, кобальте и каротине – необходимое условие для эффективной борьбы с зобной эндемией.

2.5.5. Влияние йода, кобальта и тетравита на клинические признаки

Самостоятельный интерес представляют биогеохимические подходы к определению потребностей в йоде (Ковальский В.В., 1973). Такие подходы особенно важны в связи с тем, что при этом учитывается йодная биогеохимическая пищевая цепь в конкретных условиях биогеохимической провинции. Последним звеном биогеохимической пищевой цепи в данном случае является реакция организма животного на уровень содержания йода и кобальта в окружающей среде и содержания витаминов А, D, Е, F в рационе. Первичная реакция организма должна быть локализована в точке приложения йода к синтезу специфических йодных соединений – гормонов щитовидной железы. При этом должны учитываться клинические признаки, продуктивность сельскохозяйственных животных, способность воспроизводства. Все эти критерии могут определенно указывать на удовлетворение йодной потребности (Ковальский В.В., 1974).

Специфической причиной зобной эндемии является недостаток йода, без которого невозможен биосинтез тиреоидных гормонов. Нормальный обмен йода в щитовидной железе, обеспечивающий организм тиреоидными гормонами, происходит только при определенном содержании йода в пищевом рационе. Так, в опытах на коровах, находившихся на рационе с низким содержанием йода, кобальта и каротина была установлена резко выраженная бледность видимых слизистых оболочек. У животных подопытных групп отмечены изменения шерстного покрова и кожи. У многих животных обнаружены длинный, взъерошенный, с тусклым оттенком шерстный покров и алопеции в области шеи, крупа. У некоторых животных наблюдался рост длинных и грубых волос в области головы (в виде челки) и шеи (в виде гривы), отмечались сухость и повышенная складчатость кожи, чаще в области шеи. Подобные изменения шерстного покрова и кожи, по данным Л.Г. Зама-

рина (1968), Н.А. Судакова с сотрудниками (1972,1974) и др., являются внешним клиническим признаком йодной недостаточности. Большинство животных характеризовалось низкорослостью. До подкормки микроэлементами у 8 коров обнаружены явления микседемы в виде слизистого отека межчелюстного пространства.

При клиническом исследовании в декабре 1984 года у 30% коров колхоза «Дружба» Константиновского района и 70% коров совхоза «Комсомольский» Белогорского района установлены изменения сердечных тонов, характеризующиеся глухостью, ослаблением, расщеплением, а иногда и раздвоением. Подобные симптомы йодной недостаточности у животных наблюдали Г.В. Домрачев (1931), Л.Г. Замарин (1966), Н.Ю. Мусина (1971), R.K. Reid, A.W. Qalston (1975).

Перед подкормкой микроэлементами у 8% подопытных животных были установлены огрубение волосяного покрова, пониженный и извращенный аппетит, атония преджелудков, анемия, дистрофия миокарда, сердечная недостаточность, характерные, по данным А.А. Кабыша (1967) и других авторов, для кобальтовой недостаточности.

Аналогичные симптомы микроэлементной недостаточности у подопытных животных до подкормки микроэлементами установлены нами и в условиях колхоза «Анинский» Хоринского района Республики Бурятия. Проявление положительного влияния подкормки микроэлементами и витаминами на клинические показатели у животных опытных групп в условиях опыта произошло через 3–4 месяца. После применения подкормок калия йодидом, кобальта хлоридом и тетравитом значительно повышается концентрация тиреоидных гормонов в крови, увеличивается содержание йода в сыворотке крови, что повышает пищевую ценность полученного продукта. Стимулирующий эффект от применения микроэлементов и витаминов складывается из трех основных факторов: лучшего переваривания кормов, более полноценного использования продуктов пищеварения и улучшения ассимиляционных процессов. Йод, кобальт и тетравит, на наш взгляд, способствуют лучшему усвоению и использованию микрофлоры рубца на синтез витамина В12, повышению процессов обмена веществ и улучшению состояния больных животных опытной группы, на что указывают биохимические показатели сыворотки крови подопытных животных. Сам факт зависимости роста, развития и продуктивности от обеспечения животных каротином, витаминами А, D, Е, F не вызывает сомнения. Низкорослость, наблюдаемая при А-гиповитаминозе и гипотиреозе, является классическим примером влияния витаминов А, D, Е, F и тиреоидных

гормонов на общий рост и развитие организма. Гипотиреоз при недостатке йода в кормах, по-видимому, служит защитной функцией организма, так как при этом наблюдается угнетение процессов всасывания каротина в кишечнике.

Подкормка микроэлементами и витаминами в оптимальных дозах показала, что в конце апреля начали исчезать «челки» и «гривы» шерстного покрова. В апреле на месте появившихся алопеций у коров «йодно-витаминных» начался рост шерсти, а у животных «йодно-кобальтово-витаминных» групп алопеции не были обнаружены. Линька у животных опытных групп началась значительно раньше, чем у коров в контрольных группах. У опытных коров исчезли явления микседемы, энофтальм, у большинства из них нормализовался цвет видимых слизистых оболочек.

Показатели частоты пульса, дыхания, сокращения рубца и температуры тела на всем протяжении наблюдений у животных опытных групп находились в пределах физиологических колебаний. Под действием микроэлементов у большинства коров опытных групп произошла нормализация сердечных тонов и улучшилось функциональное состояние сердечно-сосудистой системы. К концу опыта симптомы нарушения фосфорно-кальциевого обмена были выражены в меньшей степени.

В то же время у коров контрольных групп на всем протяжении опытов наблюдались нарушения роста шерсти, гиперкератоз, паракератоз кожи, энофтальм, ксерофтальмия, явления микседемы, брадикардия, гипотония преджелудков.

2.5.6. Изменение содержания йода и его фракций в сыворотке крови

К числу специальных исследований, характеризующих уровень йодной обеспеченности, и для диагностики йодной недостаточности относится определение содержания йода в самом организме животных.

По данным Н.А. Токового (1968), концентрация микроэлементов в тканях и органах нестабильна и зависит как от вида, возраста, пола, физиологического состояния животного, так и от кормления и условий содержания.

В исходных данных опыта 1985–1987 годов содержание йода в сыворотке крови коров составило в среднем в первой группе 725,0, во второй – 662,0, в контрольной – 646,0 нмоль/л (табл. 35).

Таблица 35

Содержание йода и его фракций в сыворотке крови коров при подкормке калия йодидом и кобальта хлоридом (М ± m; n=10)

Примечание. Во всех случаях разница между опытом и контролем

достоверна; * – недостоверна.

Данные литературы о содержании микроэлементов в сыворотке крови здорового крупного рогатого скота различны. Это можно объяснить тем, что авторы проводили исследования в различных биогеохимических провинциях.

Так, Ф.Я. Беренштейн (1966) считает, что в крови здорового крупного рогатого скота должно содержаться от 835,0 до 859,0 нмоль/л йода. По данным В.В. Ковальского и А.Д. Гололобова (1959), летом в крови животных должно содержаться 1009,0, а зимой – 654,0 нмоль/ л йода. А.О. Войнар (1960) указывает, что содержание йода в крови животных невелико и соответствует соотношению одной части йода на 25 миллионов частей крови.

По данным И.Ю. Островского (1960), содержание йода в крови коров в благополучных по зобу районах Западной Украины составляет в среднем 489,0, а в неблагополучных – 339,0 нмоль/л.

М.И. Густун (1963) сообщает, что в обедненной йодом биогеохимической провинции Ярославской области содержание йода в крови у взрослых животных составляло 244,0 нмоль/л.

Ю.К. Олль (1967) указывает, что в сыворотке крови крупного рогатого скота должно содержаться от 315,0 до 630,0 нмоль/л йода.

По данным В.В. Ковальского и В.С. Чебаевской (1949), В.В. Ковальского (1958), Е.Ф. Дымко (1963), А.А. Кабыша (1967), нормальным содержанием йода в крови жвачных животных является 394,0– 788,0 нмоль/л.

По данным В.Т. Самохина и других (1971), в сыворотке крови коров содержится от 355,0 до 630,0 нмоль/л йода.

Сопоставляя результаты наших исследований с вышеуказанными данными, можно заключить, что до подкормки микроэлементами и тетравитом в сыворотке крови подопытных животных содержалось пониженное количество общего йода. На протяжении всего периода опытов концентрация общего йода в сыворотке крови животных опытных групп постепенно увеличивалась и достигала максимальных величин в феврале в группе животных, получавших подкормку калия йодидом, кобальта хлоридом и тетравитом, а в марте содержание его в сыворотке крови снизилось. В йодной группе содержание элемента увеличилось в январе с 662,0±5,3 до 946,0±5,57 нмоль/л (Р<0,05), а в феврале оно несколько снизилось.

В летне-весенний период уровень общего йода в сыворотке крови коров подопытных групп до июня выше, чем у животных контрольной группы. Так, в июне в среднем содержалось общего