подчиняется общим закономерностям регуляции жизненно важных функций организма [17]. Любое вмешательство из вне вносит в этот процесс определенный дисбаланс. В связи, с чем особый интерес вызывает изучение механизма гормональных взаимодействий и гормональной секреции у коров, подвергнутых обработке гонадотропными препаратами с целью вызывания суперовуляции. Изучение этого вопроса будет способствовать выявлению механизмов стимуляции множественного роста фолликулов у этих животных /79/. С этой целью нами был проведен опыт по изучению особенностей эндогенной секреции у доноров в период предшествующий гормональной обработке (спонтанный половой цикл), во время гормональной обработки и в период формирования суперовуляторной реакции (табл.11).
Как показали результаты проведенных исследований динамика секреции прогестерона, кортизола, тироксина и ФСГ в спонтанный и стимулированный половые циклы имела тождественный характер.
Так концентрация прогестерона как в одном так и во втором случае с 0-го по 7-й день увеличивалась с 0,28 мг/мл до 1,74 мг/мл (т.е. в 6,2 раза) и с 0,29 до 8,68 мг/мл (29,9 раза), соответственно.
Концентрация кортизола, тироксина и ФСГ на 6-й день по отношению к 0 дню уменьшалась с следующим увеличением к 7 дню. Что касается эстрадиола, тестостерона ЛГ и пролактина характер их секреции в спонтанный и стимулированный цикл имел существенные различия. Так, концентрация эстрадиола в период предшествующий гормональной обработке увеличивалась с 27,2 до 47,6 пг/мл в то время как в стимулированный его значение падало с 66,2 до 61,5 пг/мл с последующим увеличением до 76,1 пг/мл., уровень тестостерона в спонтанный цикл практически не изменялся и оставался на уровне 0,15 пг/мл. на шестой день индуцированного полового цикла его концентрация по сравнению с днем охоты увеличилась практически в 2 раза, оставаясь на таком же уровне и на 7-ой день. Спонтанный цикл в отличии от ЛГ
характеризуется снижением его уровня к шестому дню с последующим ростом к седьмому. В то время как в период после гормональной обработки уровень ЛГ постоянно снижался.
Таблица 11 - Общая динамика секреции гормонов до, в период и после стимуляции множественного роста фолликулов
| Гормон | Половой цикл | |||||||||
|---|---|---|---|---|---|---|---|---|---|---|
| До стимуляции (спонтанный) | В период стимуляции | После стимуляции | ||||||||
| Дни полового цикла | ||||||||||
| 0 | 6 | 7 | 10 | 11 | 12 | 13 | 0 | 6 | 7 | |
| Прогестерон, мг/мл | 0,28 | 1,33 | 1,74 | 4,11 | 3,89 | 3,22 | 0,36 | 0,29 | 6,81 | 8,68 |
| Эстрадиол, мг/мл | 27,2 | 35,79 | 47,5 | 69,0 | 65,1 | 61,1 | 75,8 | 66,2 | 61,5 | 76,89 |
| Тестостерон, мг/мл | 0,15 | 0,15 | 0,15 | 0,19 | 0,18 | 0,25 | 0,24 | 0,25 | 0,31 | 0,3 |
| Кортизол, мг/мл | 8,82 | 5,02 | 6,5 | 5,63 | 17,5 | 13,4 | 14,8 | 13,3 | 6,09 | 7,99 |
| Тироксин, мг/мл | 39,2 | 32,4 | 34,5 | 36,7 | 36,6 | 39,0 | 39,2 | 41,86 | 33,7 | 35,21 |
| ФСГ, МЕ/л | 0,76 | 0,39 | 0,57 | - | 0,34 | 0,8 | 0,93 | 0,87 | 0,45 | 0,67 |
| ЛГ, МЕ/л | 1,51 | 1,11 | 1,48 | - | 1,19 | 0,97 | 1,16 | 1,56 | 1,08 | 0,97 |
| Пролактин, мг/мл | 1,83 | 2,6 | 1,97 | - | 1,47 | 2,01 | 2,05 | 1,99 | 1,12 | 1,36 |
Характер секреции пролактина в спонтанный половой цикл нашел свое зеркальное отражение в стимулированном. В первом случае на шестой день цикла концентрация гормона превышала его концентрацию в 0 день и на 7 ой на 31,9%, во втором наоборот было ниже нулевого дня на 43,7% и седьмого на 17,6%. Еще необходимо отметить тот факт, что формирование и рост нескольких фолликулов, а затем и желтых тел изменяло не только характер динамики секреции гормонов в стимулированный половой цикл, но и их концентрацию в кровь. Так, уровень прогестерона был выше в 5 раз эстрадиола (в зависимости от дня цикла) в 1,6-2,4 раза, тестостерона в 1,7-2,0 раза, кортизола на 22-51% концентрация остальных гормонов хотя и не так показательно, однако тоже увеличивалась.
Обнаружена отрицательная корреляционная зависимость реакции яичников коров на экзогенные гонадотропины и количества жизнеспособных эмбрионов от уровня секреции эстрадиола на 6-й день спонтанного полового цикла (г=-0,49; Р<0,05) (табл.12), что согласуется с данными Nakajima А. /222/. Содержание тестостерона в крови подопытных животных увеличивалось с 0 до 10-го дня спонтанного полового цикла с 3 до 0,19 нг/мл.
Отмечено незначительное снижение количества тестостерона до 0,18 нг/мл на 11-й день полового цикла. К 12-му дню уровень тестостерона достиг 0,25 нг/мл и не снижался до дня ожидаемой охоты после стимуляции. Количество тестостерона к 6-7- му дням стимулированного полового цикла увеличилось и составило 0,31 и 0,3 нг/мл соответственно.
Увеличение уровня тестостерона в крови подопытных коров в соответствии с подъемами эстрадиола, положительная корреляционная зависимость между уровнями тестостерона и эстрадиола в течение всего периода исследований (г=0,42; Р<0,01), а также зависимость реакции яичников коров на экзогенные гонадотропины и количества жизнеспособных эмбрионов на донора от уровня тестостерона в день спонтанной охоты (г=0,52; Р<0,01), свидетельствует о том, что тестостерон играет значительную роль I Я процессе гормональной регуляции фолликулогенеза у коров и подтверждает данные Голубева А.К. и др. /68/ о том, что андрогены в организме самки являются предшественниками эстрогенов.
Обнаружена отрицательная корреляционная зависимость Между количеством эстрадиола и тироксина в крови подопытных животных в течение всего периода исследований (г=-0,17; Р<0,05).
Зависимость реакции яичников коров на экзогенные гонадотропины от концентрации кортизола в крови подопытных коров (г=0,14; Р<0,05) в течение всего периода исследований и на 6-й день стимулированного цикла (г=-0,48; Р<0,05), а также положительная корреляционная взаимосвязь уровней секреции прогестерона и кортизола в день спонтанной охоты (г=0,52;
