нмоль/л, а к 3-4-му дням снизилось до 1,9 нмоль/л. Максимальное количество прогестерона в крови было достигнуто на 5-й день – 14,55 нмоль/л. Другими исследователями [100 показано, что уровень прогестерона в начале гормональной обработки был от 2 нмоль/л до 4 нмоль/л, после введения простагландина падал ниже 1 нмоль/л, а затем поднимался в зависимости от реакции яичников на экзогенный гонадотропин.
Некоторые исследователи [225, 232] считают, что резкое падение концентрации прогестерона после введения простагландина, является признаком ожидаемой хорошей реакции животного на гормональную обработку. При гормональной обработке телок на 10-й день полового цикла уровень прогестерона увеличивается от 0,3 нг/мл во время эструса до 17 ± 2,83 нг/мл и 24,2 ± 2,57 нг/мл на 7-й и 8-й дни соответственно.
Имеются также сообщения о наличии связи между уровнем прогестерона на 4-5-й дни после осеменения и появлением аномалий зародышей, извлеченных на 6-8-й день [275].
У нормально циклирующих коров интервал между началом регрессии желтого тела и пиком ЛГ составляет 58 ч [144].
Пик ЛГ в связи с введением простагландина F2 α обработанным гонадотропином животным, продолжается 42 часа, а интервал от пика ЛГ до овуляции – 24-27 часов [123, 124]. Изменение описанных временных интервалов, частичное или полное подавление подъема ЛГ перед стимулированной овуляцией также может привести к нарушениям созревания ооцитов и к снижению качества эмбрионов. Исследования пульсирующей секреции эндогенного ЛГ у суперовулировавших коров недостаточны. Domeki I. [149] отмечает, что уровни ЛГ были ниже у суперовулировавших животных, чем у контрольных. Самыми низкими были уровни ЛГ у животных, от которых не были получены эмбрионы. Выброс лютеинизирующего гормона происходил в разные сроки в
зависимости от типа гонадотропина, которым обрабатывались доноры. При обработке ФСГ выброс ЛГ происходил позднее, чем после обработки СЖК, хотя величина выброса была примерно одинаковой (в среднем 23,8 ± 2,1 нг/мл после введения ФСГ и 17,1 ± 2,1 нг/мл после введения СЖК). Bevers M.M. [125] показывает, что у 16,7% телок, подвергнутых суперовуляционной обработке, не обнаруживается предовуляторного пика ЛГ.
Концентрация эстрадиола в крови коров, подвергнутых суперовуляционной обработке, достигает более высоких уровней, чем у не стимулированных животных. Многие исследователи отмечают положительную корреляцию между концентрацией эстрадиола в период охоты и уровнем овуляции [167, 205]. Время проявления пика эстрадиола может зависеть от используемого гонадотропного препарата, обычно он проявляется на 24 ч раньше пика ЛГ. Увеличение концентрации эстрадиола после ЛГ-пика изменяет нормальную секрецию и двигательную способность яйцевода, что приводит к отклонениям транспорта гамет и изменяет условия развития эмбрионов в матке [176].
Гетце М. И. др. [106] обнаружили, что гормональная стимуляция яичников коров вызывает общее увеличение содержания стероидов в фолликулах, что особенно наглядно проявлялось в фолликулах диаметром меньше 5 мм. Гормональная обработка вызывала в каждом классе фолликулов по сравнению с животными со спонтанным эструсом, четкий сдвиг гормонального профиля. В маленьких фолликулах (меньше 5 мм) особенно повышалась концентрация эстрона и эстрадиола-17 β , в средних (6-10 мм) эстрадиола-17 β , в крупных (11-15 мм) – эстрадиола и прогестерона.
Маас А.О. [53] отмечает, что уровень эстрадиола у коров увеличивается со 2-го дня обработки до дня индуцированной охоты и составляет 0,3 нмоль/л. В исследованиях Миненко Г.В. и др. [58] уровень эстрадиола в крови доноров до введения простагландина был равен 3,37 нмоль/л, через 24 часа после
введения простагландина составил 5,08 нмоль/л с колебаниями от 4,0 до 7,4 нмоль/л, за сутки он снизился до 1,26 нмоль/л. В первый и второй дни цикла уровень эстрадиола составил 0,210,23 нмоль/л, а на 3-4-й и 5-й день был на одном уровне 0,130,11 нмоль/л.
Челецкий М.М. и др. [16] отмечают значительную вариабельность концентрации эстрадиола в крови суперовулировавших коров, что указывает на неравномерность созревания фолликулов. В период роста и развития множественных фолликулов концентрация эстрадиола имела тенденцию к увеличению (в 5-15 раз). Этими же авторами подчеркивается значительная роль тестостерона в процессе суперовуляции. С появлением желтых тел его концентрация возрастала в 2-3 раза. В исследованиях Dieleman S.J. [143] описано снижение концентрации эстрадиола в периферической крови после пика ЛГ, что является результатом ингибирования пиком ЛГ синтеза андростендиона, который у коров является важнейшим субстратом ароматизации в эстрогены.
Имеются данные [360], что повышенный уровень пролактина или кортизола во время стимуляции суперовуляции могут ингибировать секрецию гонадотропинов и, тем самым, отрицательно влиять на реакцию яичников.
В исследованиях Леткевич Л.Л. [50] отмечается существенное отличие содержания кортизола и тироксина в естественном и стимулированном половом цикле. В суперовуляционном цикле наблюдается увеличение содержания кортизола в крови (19,82 против 9,95 нг/мл) и тироксина (4,18 против 2,91 мкг/100 мл).
Как показывают результаты многих исследований, экзогенное введение гонадотропинов с целью стимуляции множественной овуляции у коров, вызывает изменения секреторной активности желез внутренней секреции, участвующих в регуляции репродуктивной функции. Большинство работ посвящены изучению динамики прогестерона, эстрадиола и ЛГ у коров в период гормональной стимуляции яичников. В доступной нам литературе мы не
