времени. Оптимальное использование аминокислот на продукцию тела возможно лишь в том случае, когда они присутствуют в клетке в количествах, соответствующих составу синтезируемого белка (например, длиннейшей мышцы); второй – участие в синтезе пуриновых и пиримидиновых оснований, креатинина, адреналина и других биологически активных веществ межуточного обмена; третий – дезаминирование и переаминирование с высвобождением азот- и углеродсодержащих веществ небелковой природы (аммиака, углекислоты, воды и др.). Пул свободных аминокислот составляет всего лишь 0,5 % от общего содержания белка тела животного. При этом на заменимые аминокислоты, такие как аланин, глицин, глютамин, глютаминовую кислоту приходится 80 %. Аминокислоты неодинаково распределены между тканями и жидкостями [11, 435]. Концентрация свободных аминокислот в плазме отражает состояние динамического равновесия, которое стремится к постоянству. Тем не менее, по составу свободных аминокислот крови на протяжении нескольких часов после кормления и по составу мускульного фонда свободных аминокислот, можно судить о качестве и количестве сырого протеина рациона [617, 623].
В ростовом опыте на пшеничном рационе с избытком лизина уровень этой аминокислоты в мускулах крыс к моменту убоя повысился в 4 раза относительно плазмы крови (Омаров, 1988). Гормоны оказывают сильное влияние на обмен аминокислот, синтез и катаболизм белка, действуя тем самым на содержание свободных аминокислот в крови и тканях. Инъекция инсулина вызывает быстрое снижение концентрации аминокислот в плазме и увеличение в мускулах, где усиливается синтез белка [64]. В регуляции аминокислотного профиля крови и мускулов в первую очередь участвует печень [5]. Это доказано в опытах при голодании или кормлении несбалансированными по незаменимым аминокислотам рационами. Кишечник также оказывает большое влияние на аминокислотный пул крови и других органов. Количество эндогенного азота, секретируемого в просвет кишечника у крыс на безбелковой диете по данным В.Г. Рядчикова (1981) , оказалось почти таким же, как на рационе с 10 % сырого протеина [157]. Значительная часть пула крови формиру-
ется за счет эндогенных поступлений из кишечника. По данным Rerat A., Vaissade P., Vaygelade P., Rolin D., Robin P., Jung J. (1977), в портальной крови четырѐхмесячных свиней за семичасовой период безбелкового кормления находилось 40 % аминокислот от их количества при кормлении рационом с 10 % сырого протеина [636]. А.А.Алиевым (1970) показано, что профиль аминокислот в крови является результатом не только эндогенных поступлений, переваривания белка и последующего всасывания аминокислот корма, но и переаминирования отдельных аминокислот в стенке желудочно-кишечного тракта [2].
Исследование концентрации свободных аминокислот в крови и тканях позволяет использовать их в качестве тестов для оценки обеспеченности рациона сбалансированным сырым протеином, определить доступность аминокислот и находить зоотехнические пути (добавку синтетических аминокислот, альтернативных источников белка и химических нейрорегуляторов) оптимизации пищевого поведения свиней на уровне внутренних регуляторных систем организма. Искусственные и природные химические нейромодуляторы лишь частично решают проблему оптимизации пищевого поведения моногастричных [38, 64, 211, 274, 379, 399, 436, 455, 527, 535, 608, 629, 642, 648-649, 703, 720, 730]. Среди них - соединения пептидной природы, участвующие в регуляции межклеточных сигналов, обеспечивающие «поведение» клетки, направленные на реализацию физиологических процессов в организме и пищевого поведения в отношении баланса незаменимых аминокислот.
Пшеница, ячмень, кукуруза, как основные компоненты рациона для свиней, отличаются недостаточным содержанием белка и критических аминокислот - лизина для пшеницы и ячменя, триптофана для кукурузы, и в меньшей степени треонина, метионина и изолейцина. Животные не адаптируются к рационам с низким содержанием белка, плохо или совсем не адаптируются к рационам, в которых отсутствует критическая аминокислота или имеется дисбаланс первой, второй и третьей лимитирующих аминокислот [11]. Так, при добавлении лизина в монорацион из зерна кукурузы, снижалось потребление корма на 19 %, а интенсивность роста крыс - на 35 % [11]. Ввод в рацион лизина и
триптофана в комплексе способствовал существенному улучшению аппетита и, как следствие, усилению прироста живой массы [339]. В другом эксперименте добавка триптофана до нормы потребности в кукурузный рацион свиней с живой массой 30-70 кг также вызывала повышение как суточного потребления корма, так и прироста живой массы. Это было обусловлено снятием естественного дефицита триптофана. Имеются данные о том, что крысы предпочитали безбелковый рацион кормам с дисбалансом аминокислот, несмотря на то, что в первом случае они погибали, а во втором - у них могла даже увеличиваться живая масса [636]. У крыс, получавших рационы с острым дефицитом лизина и триптофана, наблюдалось резкое снижение количества этих аминокислот в свободном виде в плазме крови и мышцах. Одновременно увеличивалось количество аминокислот и мочевины в крови и печени, таурина - в моче. Эти изменения происходили при существенном снижении потребления корма по сравнению с таковым у крыс, получавших в опыте Yoshida, Kemnitz, Bray (1983) основной и скорректированный рационы [755]. По данным экспериментов В.Г.Рядчикова (2005) цыплята, получавшие в первом периоде опыта рацион с дисбалансом треонина (или лизина) и воду в одной поилке, а в последующем периоде (1 сутки) воду в двух поилках на выбор: чистую и с 0,5 %ным водным раствором треонина (1 %ным водным раствором лизина), быстро останавливали свой выбор на растворе с лимитирующей аминокислотой [8]. При этом увеличивались потребление корма и среднесуточные приросты живой массы, сравнимые с таковыми на скорректированной диете.
Степень повышения использования энергии рациона зависит от взаимодействия между жиром и видом углеводов в рационе. Скорость прохождения содержимого через желудочнокишечный тракт является главным усиливающим фактором: замедление скорости прохождения повышает уровень доступной энергии углеводов рациона. Добавка жира не только уменьшает скорость прохождения содержимого через кишечный тракт, но и влияет на эффективность использования компонентов рациона.
В раннем возрасте моногастричные животные способны переваривать и всасывать только растительные жиры с высоким
