его в оптимальных дозах не только увеличивает количество молока, но и повышает абсолютное содержание в нем жира, белка и лактозы. К лактогенным гормонам можно отнести и АКТГ — его совместное применение с СТГ и пролактином обеспечивает максимальный эффект, и молочная продуктивность возрастает в 1,5 раза. Галактопоэтический эффект тиреотропного гормона (ТТГ) проявляется в основном на спаде лактации и связан с увеличением содержания в крови тиреоидных гормонов. Тироксин и трийодтиронин вызывают мобилизацию жира из жировых депо, способствуют поглощению из крови жирных кислот и аминокислот, активируют микробиальные процессы в рубце и за счет повышения продукции ацетата обеспечивают повышение образования молочного жира. Влияние инсулина на секреторный процесс тесно связано с активацией переноса сахаров и аминокислот через клеточные мембраны, что сказывается на скорости и характере секреторных процессов в молочной железе. Роль околощитовидных желез заключается в обеспечении активно секретирующей молочной железы кальцием.
Гормоны коры надпочечников играют важную роль в поддержании лактации, однако известны данные о снижении молочной продуктивности у коров при введении им АКТГ, хотя у многих других видов присутствие гормонов коры надпочечника оказывает стимулирующее лактацию действие. Стимулирующий эффект гормонов коры надпочечника связывают с интенсификацией углеводного обмена. Половые гормоны оказывают заметное влияние на течение секреторного процесса в молочной железе — небольшие дозы эстро генов повышают продукцию жира, но значительное их увеличение (сопо ставимое с уровнем во время эструса) серьезно тормозит секрецию
молока. Лактогенная функция желез внутренней секреции осуществляется в тесном взаимодействии с нервной системой, и ее состояние — эмоциональное напряжение, адаптация к различного рода стрессорам — может приводить и к подавлению гормонопоэза, и к снижению молочной продуктивности.
Выведение молока осуществляется не спонтанно, а лишь при наличии определенных специфических воздействий на железу — сосания или доения. Рефлекс выведение молока — сложный акт, включающий изменение тонуса гладкой мускулатуры протоков и цистерны молочной железы, сокращение миоэпителиальных клеток альвеол, изменение тонуса кровеносных сосудов и, наконец, расслабление сфинктеров соска.
Принято разделять молоко, находящееся в емкостной системе органа, на цистернальную и альвеолярную порции. Альвеолярная порция секрета заполняет полость альвеол и мелких межальвеолярных протоков. Первая нервная фаза рефлекса связана с раздражением рецепторов молочной железы при сосании или доении — в результате замыкания рефлекторной дуги происходит расслабление соскового сфинктера и сокращение гладкой мускулатуры протоков и цистерны. В эту фазу выделяется цистернальная порция молока. Эта фаза рефлекса возникает непо средственно вслед за механическим раздражением рецепторов железы (через 2…6 с) и продолжается 25…30 с.
Вторая, нейрогуморальная, фаза рефлекса является продолжением первой и связана с освобождением окситоцина из нейрогипофиза, который с током крови поступает к молочной железе и вызывает сокращение миоэпителиальных клеток альвеол. Выделение окситоцина из нейрогипофиза предопределяется синтезом его в крупноклеточных ядрах гипоталамуса — супраоптическом
и паравентрикулярном — и транспортом его по супраоптико-гипофизарному тракту. Перемещающийся по аксонам нейросекреторных нейронов окситоцин в сопровождении белка-носителя нейрофизина достигает аксовазальных синапсов в нейрогипофизе и далее проникает в кровеносное русло. С током крови окситоцин достигает молочной железы и взаимодействует со специфическими окситоциновыми рецепторами миоэпителиальных клеток. Сокращение миоэпителия обеспечивает переход альвеолярной порции молока в молочные протоки и далее в цистерну. Латентный период второй фазы рефлекса длится 25…50 с, и процесс выделения молока продолжается несколько минут. Наряду с удалением ранее синтезированного молока в ходе этой фазы рефлекса за счет миоэпителиально-секреторного взаимодействия начинается новый секреторный цикл в железистых клетках альвеолы.
Любые нарушения стереотипа содержания коров снижают молочную продуктивность, что часто связано с развитием эмоционального возбуждения и состояния стресса. Как следствие этого, часто наблюдается торможение рефлекса выведения молока, в вымени остается большее количество остаточного молока. В основном торможение рефлекса выведения молока реализуется через гипоталамо-гипофизарную систему — увеличение выброса в кровоток катехоламинов из мозгового вещества надпочечника и усиление тонуса симпатической нервной системы существенно нарушают нейросекреторную активность супраоптического и паравентрикулярного ядер гипоталамуса. Кроме того, присутствие катехоламинов в нейрогипофизе блокирует выделение в кровь окситоцина.
Физиологическое обоснование машинного доения. Оно призвано обеспечить наибольшее соответствие процессов воздействия на молочную железу и
физиологических реакций органа. Для поддержания молочной продуктивности на высоком уровне коров нужно доить быстро, не более 7 мин, что, собственно, соответствует времени действия окситоцина и сократительной реакции миоэпителиальных клеток.
Система подготовительных мероприятий включает обмывание вымени теплой (53–…56 С) водой — возбуждаются тактильные и терморецепторы. Это обеспечивает поток адекватной импульсации и способствует полноценному выделению окситоцина и вместе с этим благоприятно влияет на кровоснабжение вымени. После обтирания вымени проводится массаж, который оказывает рефлекторное воздействие на гладкую мускулатуру протоков и цистерны, что усиливает моторную функцию органа и способствует своевременному проявлению рефлекса выведения молока. Необходимо соблюдать наиболее адекватные режимы доения: оптимальную длительность доения (5…10 мин), необходимую степень вакуума (306…320 мм рт. ст.), а также выбирать соотношения тактов сосания к сжатию и частоте пульсаций.
В ходе подготовки нетелей к лактации на 6…8 мес. стельности положительное влияние оказывает вакуумный массаж молочной железы — в течение 5 мин на вымя воздействовали разряженным (отрицательным) давлением. Во время сеанса декомпрессии кровь, насыщенная кислородом при нормальном атмосферном давлении, попадает в участок тела, находящийся под воздействием отрицательного давления. Вследствие этого происходит диффузия кислорода из крови в ткань, за счет чего изменяется метаболизм ткани, активируется тканевое дыхание в зоне воздействия локального отрицательного давления. При воздействии отрицательного давления происходит активация трансмембранного обмена веществ.
ОСНОВЫ ЭТОЛОГИИ КРУПНОГО РОГАТОГО СКОТА
Предки крупного рогатого скота перед одомашниванием обитали в местах с обширными степными и лесными травостоями; часто меняли место своего пребывания и объединялись в малые стада (до 20…30 голов). Стадо состояло большей частью из коров, нетелей и телят и включало несколько быков. Возникали и малые стада, состоящие из одних быков, которые в период гона объединялись со стадом коров. Подобные сообщества существуют и у американских бизонов, яков и гну, но они могут объединиться и в гораздо более крупные стада. Вымерший, увы, предок крупного рогатого скота тур обитал в малых стадах, перемещаясь под предводительством одного быка. Объединение животных в стаде не является пассивным, оно вызвано определенными поведенческими побуждениями, вынуждающими особей к сближению с другими представителями своего вида. Несомненно, что живущие в стаде животные взаимно влияют друг на друга и этот социальный инстинкт основан на взаимном привлечении особей одного вида, которое может проявляться в целом ряде поведенческих реакций. Если эта потребность к общению не удовлетворена, то животное испытывает беспокойство и начинает искать других индивидуумов по возможности своего же вида. Социальный инстинкт подвержен влиянию сезонных изменений в организме, которые часто связаны с изменениями половой активности.
РАСПРЕДЕЛЕНИЕ ЖИВОТНЫХ В СТАДЕ
Прежде всего, существует типичное для каждого вида распределение членов стада по рангам. Ведущих животных признают все остальные члены стада, что выражается в соблюдении соответ-
ствующих дистанций между особями. Есть особи, угнетаемые почти всеми остальными членами стада, в том числе и теми, которые принадлежат к низшим рангам. На пастбище эти отношения проявляются не столь ярко, так как тут легче избежать встречи с агрессивными особями. Иначе, конечно, обстоит дело при беспривязном содержании, когда животные, хотя и имеют возможность двигаться, но лишь на относительно ограниченной площади, что не всегда позволяет уклониться от встречи со старшим по рангу. Особенно это видно в стаде скота с неудаленными рогами — 2…3 высокоранговые особи настолько подавляли остальных, что это вызывало постоянное беспокойство стада. Виновники беспокойства искусно использовали свои острые рога, нападали друг на друга и на более слабых членов стада, что нередко заканчивалось ранениями кожи с обширными подкожными кровоизлияниями. В таких стадах наблюдались даже случаи выкидышей. Менее агрессивных животных отгоняют от кормушек, из-за чего они не могут поесть спокойно и досыта. Следствием этого является слабость низкоранговых особей от недоедания и значительное снижение их продуктивности. Различия между разными ранговыми категориями находят свое отражение и в различных жизненных проявлениях. Так, у коров более низкого ранга время лежания намного короче. Распределение особей по рангам почти пропадает, если животным удаляют рога. Недостаточно подвергать этой операции лишь немногих, особенно агрессивных особей, так как их агрессивную роль принимают на себя другие животные. В каждом случае введения в стадо новых животных происходит и новое распределение по рангам, ведущее к очередным конфликтам. Однако в любом стаде появляется главенствующий индивидуум (или несколько индивидуумов); его ведущая
